Search
25 сентября 2022
  • :
  • :

Сибиряки решили не ставить памятник Генпрокурору, расстрелявшему человека без суда

На российских просторах - очередная „заварушка“, связанная с установкой памятника историческому персонажу с явно неоднозначной репутацией. В „компанию“ к царю Ивану Грозному, адмиралу Колчаку, генералу Маннергейму… теперь добавился многолетний Генеральный прокурор СССР Роман Руденко. Споры о его увековечении разгорелись сейчас в столице Сибири.

Сибиряки решили не ставить памятник Генпрокурору, расстрелявшему человека без суда

Роман Руденко. Фото; Wikipedia.org.

Инициатором этой мемориальной акции выступила региональная прокуратура Новосибирска. Оттуда поступило предложение поставить на одной из улиц города бюст Р. Руденко.

Эту заявку, как и положено в таких случаях, рассмотрел городской художественный совет. В итоге большинство его членов проголосовали против.

Некоторые подробности нынешнего новосибирского „баттла“ раскрыла на своей странице в соцсетях директор Сибирского Центра содействия архитектуре Татьяна Иваненко.

„Обычно заявители представляют исторические справки о лицах, которым ставят памятник, или бюст, или устанавливают мемориальную доску. И частенько эти документы бывают довольно пространными. Справка, поданная инициатором установки - прокуратурой Новосибирска - была на удивление краткой. Например, заявитель не нашел нужным упомянуть, что в 1937-38 гг. товарищ Руденко входил в состав особой тройки, а в 70-е готовил для Политбюро ЦК КПСС документы по преследованию диссидентов (совместно с Ю.В. Андроповым)“.

Действительно, Роман Андреевич Руденко был с точки зрения нынешних оценок той коммунистической эпохи далеко не „самым хорошим“ государственным деятелем.

С одной стороны, человек, которого во времена СССР называли „патриархом советской прокуратуры“, увековечил себя в истории, выступая в качестве гособвинителя на Нюрнбергском процессе над нацистскими главарями Третьего рейха. Кроме того вскоре после смерти Сталина именно Руденко, назначенный на должность Генпрокурора, вместе с тогдашним министром внутренних дел Кругловым направили новому руководителю страны Никите Хрущеву докладную записку с предложением приступить к реабилитации жертв политических репрессий и организовать пересмотр следственных дел, которые рассматривало Особое совещание при НКВД-МГБ СССР. В результате уже весной 1954-го была создана Центральная комиссия по пересмотру дел осужденных за „контрреволюционные преступления“, которую возглавил Руденко.

Однако на фоне таких „плюсов“ нельзя игнорировать и другие факты из руденковской биографии с жирным знаком „минус“.

В архивных материалах можно найти сведения о том, что во времена Большого террора Р. Руденко входил в состав пресловутых Троек, вершивших скорый суд над „врагами народа“ в нескольких областях страны, подписывал протоколы о массовых расстрелах. Вот, например, документы конца 1930-х гг., когда Роман Андреевич занимал пост прокурора Донецкой области.

„Гор. Сталино, 16-го октября 1937 года. Мы, нижеподписавшиеся: комендант УНКВД по Донецкой области… Аксельрод, ответственный дежурный УНКВД Бредихин, в присутствии Донецкого облпрокурора тов. Руденко привели приговор в исполнение над осужденным к… расстрелу Башинским Эдуардом Франциевичем, 1917 г. рождения, в порядке приказа от 11 августа 1937 года. Смерть констатировал прокурор…“ Далее следуют подписи, третья из них - Руденко.

„Акт. 29-го октября 1938 года. Мы, нижеподписавшиеся - Зам. Начальника УНКВД Пашков, Начальник внутренней тюрьмы - Дерновой… в присутствии Облпрокурора т. Руденко, сего числа привели в исполнение приговора над осужденными Тройкой УНКВД… к расстрелу… (Далее следует список из 39 фамилий - А.Д.) Смерть расстрелянных констатирована…“

А летом того же 1953-го, „защитник невинно наказанных“ Р.А. Руденко лично принял участие в усмирении выступивших с протестами заключенных Речлага под Воркутой. Как свидетельствует историк Юлия Кантор, „в восстании приняли участие… от 15 до 20 тысяч заключенных, в подавляющем большинстве осужденные по печально знаменитой „политической“ 58-й статье. Среди них были не только репрессированные в 30-е  40-е годы „враги народа“, но и побывавшие в плену или в окружении и за это обвиненные в шпионаже советские офицеры…“ В книге юриста Александра Смыкалина „Колонии и тюрьмы в Советской России“ упомянут эпизод, когда генпрокурор Руденко, приехавший разбираться из столицы к речлаговским зекам, прямо перед строем „серых бушлатов“ достал пистолет и без всякого суда и следствия застрелил одного из предполагаемых организаторов бунта, Виктора Игнатовича.

Провокационный вопрос к авторам идеи с установкой бюста „патриарха советской прокуратуры“: может, именно эту сцену увековечить в новом памятнике?

Источник




Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Перейти к верхней панели